Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

...

Яндекс.Метрика

...

Рейтинг@Mail.ru

Дело Вуколова

 Вернуться обратно...

По материалам С.Смирнова.


15 апреля 2011 года прокурор Нижегородской области подписал официальное заключение о реабилитации гр. Вуколова Константина Ивановича, 1870 г.р., жителя с. Вад Вадской волости Арзамасского уезда Нижегородской губернии, бывшего полицейского исправника, осужденного к расстрелу в 1924 г.

Изучив архивные документы, эксперты прокуратуры пришли к выводу, что "осуждение Вуколова следует расценивать как политическую репрессию - меру принуждения в виде лишения жизни, примененную по политическим мотивам". В соответствии с Федеральным законом "О реабилитации жертв политических репрессий" Вуколов Константин Иванович реабилитирован.

А далекой весной 1924 года в Сормове прошел открытый процесс, многим показавшийся странным. Спустя несколько лет после революции и гражданской войны судили экс-главу уездной полиции.

Выездной сессией Нижегородского губернского суда по уголовно-судебному отделению от 25 - 27 мая 1924 года бывший полицейский исправник Вуколов был приговорен к расстрелу.

Вскоре после суда уполномоченный по Сормовскому уезду Вашунин доносил начальнику секретно-оперативной части губотдела ОГПУ: "Настроение рабочих завода "Красное Сормово", а также и масс г. Сормово по поводу вынесенного приговора над Вуколовым подвергнуть его высшей мере наказания - расстрелу - скверное".

В беседах с рабочими и методами негласной агентурной работы удалось выяснить, что подавляющее большинство сормовского пролетариата сочло приговор неправильным.

В качестве причин назывались давность событий, искупление Вуколовым вины службой в Красной армии, его лояльность советской власти. Рабочим бросалось в глаза и явное несоответствие меры наказания звучавшим на суде фактам.

 


Группа чинов полиции, в верхнем ряду в центре - околоточный надзиратель 1-й Кремлевской части Вуколов.

На допросе у следователя Вуколов показал, что начальное образование получил дома и в 12 лет был послан родителями в Нижний на заработки.
В поисках лучшей доли крестьянский сын трудился сперва в чайном трактире, получая рубль с полтиной в месяц на всем готовом, затем рассыльным в канцелярии инженера путей сообщения Янковского и, наконец, багажным приказчиком в пароходстве Кашиной.

Оттуда его призвали в армию. Вуколов служил писарем и за четыре года выработал так пригодившееся впоследствии самодисциплину, умение четко выразить мысль и каллиграфический, похожий на бисер, почерк. В запас выбыл в звании зауряд-чиновника военного времени.

Оказавшись в 1896 году на гражданке, Константин поступил в Нижегородское полицейской управление околоточным надзирателем. Шесть лет охранял он правопорядок в 1-й Кремлевской части, Канавине и Гордеевке.

В формулярном списке о службе зафиксированы многочисленные благодарности начальства, которыми он был отмечен то за поимку воров, то за успешный поиск похищенного у горожан добра. Службу совмещал с упорным самообразованием. Успешная сдача экзаменов в педагогическом совете губернской мужской гимназии позволила молодому полицейскому получить не только первый классный чин в Табели о рангах, но и должность помощника станового пристава.

 

К.И. Вуколов, коллежский асессор, начальник уездной полиции.

В 1904 году Константина Вуколова командировали в Кострому. Там он получил очередной чин губернского секретаря и должность пристава 2-й части губернского города.

Служба спорилась и здесь. В личном деле появилась еще одна благодарность - за скорый розыск матерого уголовника и убийцы. Другим признанием заслуг стало назначение Вуколова в октябре 1905 года помощником полицмейстера. Последовало и награждение первым царским орденом, Святого Станислава 3-й степени.

Но вскоре Вуколова отозвали на родину. В Нижнем в конце 1905 года было неспокойно. Едва угасли кровавые мятежи в Сормове и Канавине, унесшие десятки жизней.

Беспорядки парализовали промышленность и ее флагман - крупнейший завод акционерного общества "Сормово". Дирекция остановила производство и распустила персонал по домам. В рабочем районе воцарилось безделье, расцвели пьянство и преступность.
В этой обстановке приставом села Сормово, а затем и исправником всего Балахнинского уезда назначили губернского секретаря Константина Вуколова , так блестяще проявившего себя в Костроме. В считанные месяцы новый глава уездной полиции навел в округе должный порядок.


На следствии весной 1924 года бывший исправник отрицал репрессии против революционеров как основу своей деятельности на посту начальника уездной полиции. В заявлении судебному следователю Вуколов писал:

"В Сормово я был назначен в январе 1906 года губернатором Фредериксом. К тому времени революционное движение сошло на нет и войска были отозваны. Осталась только сотня донских казаков да войсковая часть для наружной службы.

Активные участники ревдвижения большей частью выехали из Сормова, а некоторые были задержаны чинами нижегородской жандармерии и охранного отделения. Это подтвердила и ликвидация дела о вооруженном восстании, которое было начато судебным следователем Нижегородского окружного суда. К делу о мятеже привлекли до 30 человек.

В разгар революционных событий Сормовский завод был закрыт и до 30 000 рабочих получили расчет. Под напором нужды многие примкнули к воровским и хулиганским группам, вовлекались в уголовные преступления и пьянство. В сормовский район стекались и люди с уголовным прошлым, главным образом из Нижнего Новгорода. Стали совершаться грабежи, пьяные дебоши, увечья.

На руках у хулиганов оказалось много оружия, оставшегося от революционного периода 1905 года. По ночам и даже днем слышались беспорядочная оружейная стрельба и пение похабных песен, происходили драки и скандалы, так что мирный трудовой народ должен был прятаться по домам. Администрация Сормовских заводов пребывала в растерянности".



Чины нижегородской полиции с губернатором Виктором Борзенко, 1914 г. Слева направо: сидит первый - полицмейстер А.Л. Комендантов, стоят, первый - начальник сыскного отделения В.И. Вознесенский, четвёртый - ярмарочный пристав А.В. Богородский.

 

Громкую известность приобрела шайка во главе с неким Алексеем Спиридоновым, состоящая из членов разгромленной боевой группы РСДРП(б). Отлично вооруженные, боевики совершили целую серию дерзких грабежей и убийств в Нижегородской и Владимирской губерниях.


Группа Спиридонова была захвачена в начале весны, при подготовке ею вооруженного налета на Московско-Нижегородскую железную дорогу. Руководил операцией уездный исправник. На следствии Вуколов вспоминал, что бандиты открыли стрельбу, ранили полицейского. В перестрелке погиб один из налетчиков.


Как сообщил подследственный Вуколов, борьба с уголовщиной продолжалось четыре-пять месяцев. Было отобрано 700 единиц холодного оружия, десятки револьверов и ружей, в основном, у воров и хулиганов.


Судебные дела за хранение оружия населением не возбуждались, составлялись лишь акты в соответствии с режимом чрезвычайной охраны, объявленным властями в Нижнем и двух прилегающих уездах.


Обычной карой правонарушителям был административный арест от 1 дня до 3 месяцев и штрафы от 1 до 300 рублей. Высшая мера наказания применялась лишь к пускавшим оружие в ход и взятых с поличным.

 


Последующие годы были мирными. До 1917 года, писал Константин Вуколов начальнику губотдела ОГПУ Запольскому, массовых беспорядков не было. Производились по поручениям властей отдельные обыски и аресты, но без серьезных последствий.


"По предложениям жандармского управления и охранного отделения в 1906 и 1907 годах направлялись наряды полиции для задержания участников политических сходок, с указанием места и фамилии руководителей, обычно приезжавших из Нижнего Новгорода. Таких поручений было пять или шесть.


Было задержано 13 человек, в том числе женщина, которая держала себя вызывающе к наряду полиции, всячески оскорбляла (полицейских) разной бранью, а одному казаку даже плюнула в лицо. Ее примеру последовали другие задержанные, более молодые и неуравновешенные. Но озлобление среди казаков сдерживалось моим присутствием".


В формулярный список о службе исправника Вуковлова одна за другой ложатся свежие записи. 1910 года - "за энергичные и самоотверженные труды при розыске и задержании лиц, совершивших сооруженное ограбление, премирован губернатором в сумме 90 рублей".


Ноябрь того же года - произведен в титулярные советники. Год 1911 - приказом губернатора А.Н. Хвостова объявлена благодарность за улучшение постановки полицейского дела в уезде.


Февраль 1912 г. - благодарность губернского правления за энергичные действия по взысканию недоимки по налогам с братьев Каган в Сормове.


Январь 1914 - благодарность "за отличную распорядительность и энергию, проявленные в деле задержания главаря сормовской разбойничьей шайки Матвеева".


В мае 1913 года Нижний Новгород стал одним из центров торжеств по случаю 300-летия Дома Романовых. Часть "царского маршрута" от Нижнего до границ Костромской губернии проходила по правому берегу Волги. В том числе и мимо Сормова.


Заведовал всей местной охраной балахнинский исправник. За образцовый порядок Константин Вуколов был удостоен монаршего благоволения и пожалован золотыми часами с государственным гербом.

 

Капитан Александр Анисов, до 1917 г. - офицер конно-полицейской стражи, в период Временного правительство - помощник начальника милиции Н. Новгорода, в 1917-1918 гг. - начальник нижегородской советской милиции.



Февральский переворот и отречение царя стали для слуг государства шоком. Местные газеты с радостью сообщали о взятии под стражу губернатора А.Ф. Гирса, начальника ГЖУ И. П. Мазурина, полицмейстера Л. Г. Цицерошина, прокурора Н. П. Чернявского. "Нижегородский листок" в заметке "К аресту исправника Вуколова" писал, что в Балахну командированы шесть юнкеров учебного батальона под началом юнкера Немечек и в сопровождении члена РСДРП из Сормова Охотникова.


Сообщалось, что Вуколов сам разоружил полицейских стражников, передав оружие воинскому начальнику, и без сопротивления сдался юнкерам. Вечером 5 марта его под конвоем доставили в Нижний Новгород, изолировав в зданиях Городской думы, а затем земской управы.


Узника выпустили на свободу в мае. Допросы следственной комиссии при губисполкоме дали нулевой результат, никаких преступлений за Вуколовым не было.


Полицейских отправляли на фронт - шла тяжелейшая война с Германией. Так бывший исправник стал заведующим хозчастью санитарного поезда № 161, который после революции под номером 508 был приписан к штабу Первой конной красной армии. Служба у Буденного продолжалась до 1922 года, после чего Константин Иванович вернулся на родину, в село Вад.

 


Сотрудники уголовного розыска, 1920-е годы, сидит третий слева - Антон Лелапш, красный латыш, в недалеком прошлом видный деятель губернской чека.


Но, видно, не суждено ему было провести остаток жизни в кругу семьи и заботах сельского труженика. 25 июня 1923 года уполномоченный 2-го отделения секретно-оперативной части Нижгуботдела ГПУ Ермолаев вынес постановление о возбуждении уголовного дела по статье 67 УК РСФСР в отношении Вуколова К.И., проживавшего в селе Вад Арзамасского уезда.


Основание - агентурный материал и переписка об арестованном. Постановление подписали начальник отделения Привалов, начальник СОЧ Овощников и начальник Губ.ОГПУ Запольский. Арест двумя днями ранее произвел начальник 3-го района уездной милиции.


Участник боев на баррикадах в 1905 году Курышов показал, что после подавления декабрьского мятежа в Сормове действовала группа РСДРП Спиридонова, которую выслеживал Вуколов.


Свидетель Ануфриев сообщил, что знает Вуколова с 1906 года и помнит, что тот проводил розыск неблагонадежного элемента и его аресты, а в апреле 1907 года организовал облаву и несколько высылок эсеров и социал-демократов в Архангельскую губернию.

 


Нижегородские власти в период становления трибуналов. Сидят слева направо: Акимов, Сибиряков, Хахарев (секретарь Губчека), Левит, Романов, Кузнецов, Карклин, Самохвалов (комиссар печати), Воробьев (председатель Губчека).


Выездная сессия Нижегородского губернского суда в составе председателя Морковкина, народных заседателей Беляева и Безрукова при секретаре Боржо, с участием помощника прокурора Нефедова, общественного обвинителя М.Д. Царева и члена коллегии защитников Лалетина, заслушала дело № 1085-24.


Заседания проходили с 25 по 28 мая 1924 года открыто и гласно. Выполнив необходимые формальности, суд квалифицировал службу Вуколова статей 67 УК РСФСР - "Активные действия и борьба против рабочего класса при царском строе".


А наказание определил по ст. 58 - "Организация в контрреволюционных целях вооруженных восстаний или вторжения на советскую территорию вооружкнных банд". Приговор гласил: "Вуколова К.И. подвергнуть высшей мере наказания - расстрелять с конфискацией всего имущества".


Спустя два месяца кассационная коллегия по уголовным делам Верховного суда РСФСР в составе Галкина, Рогинского и Глузмана, заслушав доклад Рогинского, постановила: "За отсутствием кассационных поводов приговор оставить в силе".


В деле имеется справка секретной части общего отдела Нижгубсуда об исполнении приговора, последовавшем 31 июля 1924 года "вне черты г. Нижнего Новгорода".


Так закончилась жизнь и карьера К. И. Вуколова , коллежского асессора, начальника уездной полиции, кавалера орденов Святого Станислава, Святой Анны и Святого Владимира.

 


Виктор Корытов - начальник Нижегородского Управления рабоче-крестьянской милиции в период сталинских чисток. Репрессирован в 1938 году.

 

Вернуться обратно...