Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

...

Яндекс.Метрика

...

Рейтинг@Mail.ru

 

ПОЛИЦИЯ В ЦАРСТВЕ БЕЛЫХ МЕДВЕДЕЙ

 

 Листая старые дневники

 

 

 

…Если вы думаете, что по прибытии  на Шпицберген, а в переводе с голландского это слово означает «Острые горы» (именно так назвал новую землю ее «официальный» первооткрыватель мореплаватель-голландец Виллем Баренц), вы действительно увидите остроконечные заснеженные шпили, то вас ждет разочарование.  По крайней мере, осенью с пристани столицы архипелага поселка Лонгьирбюэн открывается довольно унылая «лунная» долина из песка, щебня, глины, разделенная спускающимся с «гор» из отработанной породы мутным бурым потоком, по берегам которого жмутся  к земле в ожидании буранов полярной ночи небольшие домишки, словно специально для расцвечивания печального пейзажа выкрашенные в «веселенькие» тона...

 

 

Возле же пристани расположены и основные местные «достопримечательности»  – кирха, ресторанчик, здание шпицбергенской администрации, офис угольной компании, больница, школа, почта, банк и многочисленные склады. В свинцовой, холодной воде залива отражается низкое северное солнце, которое здесь никогда не бывает в зените. Поэтому лично мне показалось, что для Шпицбергена гораздо больше подходит его норвежское название – Свальбард («Земля холодных берегов»).

В соответствии с гипотезой российских ученых открытие архипелага и его первое промысловое освоение принадлежит русским северянам – поморам, которым Шпицберген был известен уже в XIV-XV вв. Они считали эту землю частью Гренландии и потому называли ее Грумант. Здесь велся пушной и китобойный промысел, и поморы оставили на архипелаге немало свидетельств своего пребывания, например, деревянные кресты, которые помимо религиозного значения выполняли роль навигационных знаков, останки судов и поселений, промысловые инструменты.

Норвежцы, понятное дело, эту гипотезу ставят под сомнение, считая, что первооткрывателями этих островов были не поморы, а викинги. Как бы то ни было на самом деле, до начала ХХ века архипелаг официально был «ничейной землей», пока 9 февраля 1920 г. в Париже не был заключен международный Договор о Шпицбергене, который отдавал суверенитет над архипелагом Норвегии, но одновременно предоставлял всем государствам-участникам Договора (всего их в настоящее время 39) одинаково свободный доступ к ведению на архипелаге «при условии соблюдения местных законов и постановлений всякими судоходными, промышленными, горными и торговыми операциями на условиях полного равенства», хозяйственной и научно-исследовательской деятельностью, а также устанавливал запрет на использование Шпицбергена в военных целях.

В 1925 г. одновременно вступили в силу Договор о Шпицбергене, Горный Устав для Шпицбергена, утвержденный норвежской королевской резолюцией (разработан Норвегией согласно ст.8 Договора и согласован с остальными странами, подписавшими вышеназванный Договор), и национальный Закон о Шпицбергене, посредством которого Норвегия приняла суверенные полномочия над архипелагом.

Ну, а любой суверенитет, разумеется, предусматривает и все атрибуты государственной власти, в частности ее исполнительной ветви в виде  администрации и полиции. О них-то мы и расскажем, тем более, что они уникальны в своем роде, и подобной системы управления и охраны правопорядка нет больше нигде в мире.

Итак, высшим представителем норвежской власти на Шпицбергене является сюссельман. Это слово пришло к нам из глубины веков, и хотя сейчас при передаче на другие языки традиционно переводится как «губернатор», в оригинале оно означает гораздо более емкое и смачное понятие – «наместник» или даже «воевода»! В отличие от губернаторов (фюлькесманов) континентальной части Норвегии сюссельман подчинен напрямую Королевскому министерству юстиции и полиции. Одновременно он выполняет задачи других министерств, особо – Королевского министерства охраны окружающей среды. Фактически сюссельман на Свальбарде воплощает в себе всю административную, полицейскую и судебную власть, так что, действительно, его вполне уместно называть  «наместником норвежской короны».

В помощь сюссельману создан аппарат из полицейских, чиновников различных министерств и необходимые технические и транспортные средства. Сейчас они вполне современны – вертолеты, катера, джипы-внедорожники, снегоходы, но еще каких-то пару десятков лет назад самым быстроходным средством передвижения на Шпицбергене в условиях бездорожья были… собачьи упряжки. Говорят, что и сегодня зимой вполне реально увидеть полицейские нарды! Прямо, как в старом кинофильме «Начальник Чукотки».

К слову, в отличие от континентальной части Норвегии, где вооруженный полицейский – это нонсенс или сверхнеординарная ситуация, полиция на Шпицбергене вооружена штуцерами для... необходимой обороны от белых медведей. Конечно, хозяина полярного царства, изображенного на гербе архипелага, никто специально не отстреливает, но отпугнуть при случае вполне случается. 

 

 

Полицейские силы, расквартированные на Шпицбергене,  немногочисленны. Они представлены пятью постоянными офицерами во главе с командиром. Во время летнего сезона, когда открывается навигация, штат подразделения, как правило, усиливается двумя-тремя офицерами и десятком полевых инспекторов. Полиция на архипелаге исполняет те же функциональные обязанности, что и на континенте,  она целиком и полностью интегрирована в общенациональную полицейскую систему.

Вместе с тем, полицейские имеют здесь особый статус и обладают  самыми широкими полномочиями. Первыми, кто встречает гостей северного архипелага, у пристани или в аэропорту, являются именно они. Кстати, несмотря на то, что Норвегия с 2001 г. входит в зону Шенгена, для прибытия на Шпицберген… не нужна виза! Это связано с уже упомянутым  Договором 1920 г., согласно которому любой гражданин или подданный страны-подписанта может купить билет (если  позволят средства, конечно, ибо путь неблизкий) и прибыть сюда. Любопытно, что по данным шпицбергенской полиции, из трех с половиной тысяч населения архипелага (в основном, сменного, работающего здесь по вахтовому методу, но есть и те, кто проживает постоянно) имеются представители трех десятков национальностей! 

Полицейские здесь одновременно выполняют роль пограничников, таможенников и представителей иммиграционной службы. Они проверят ваши паспорта, «пробьют» по базам лиц восточной наружности, а после, убедившись, что перед ними не халиф аль-Багдади, вежливо поинтересуются, с какой целью вы прибыли на Шпицберген? Затем проверят ваши вещи на предмет запрещенного к провозу, а также наличие «необходимых на пребывание на архипелаге денежных средств».

Впрочем, это раньше, во времена первой холодной войны Шпицберген был «экзотикой», который посещали люди разве что конкретной профессии, сегодня же туризм здесь вполне развит, а лучшим сувениром со Шпицбергена для тех же американцев, немцев или японцев считается… советская шапка-ушанка с красной звездой или настоящая «зэковская» телогрейка, которыми в Лонгьирбюэне торгуют предприимчивые жители соседнего поселка Баренцбург, где обитают русские (а до недавних пор и украинские) шахтеры, работающие здесь вахтовым методом.

Российское присутствие на Шпицбергене – особый контекст наших взаимоотношений с Норвегией, и тема эта весьма щепетильная. СССР, во многом находившемуся в первые годы советской власти в фактической международной изоляции, позволили присоединился к Парижскому договору лишь пятнадцать лет спустя. После войны, когда Норвегия выбирала линию политического поведения, в качестве некоего наведения мостов с Советами, норвежский парламент – Стортинг – в 1947 г.  принял специальную резолюцию, отмечавшую особые экономические интересы Советского Союза на архипелаге. Сегодня, кстати, наряду с норвежцами, только Россия, правопреемница СССР, ведет здесь промышленную добычу угля.

В этом-то  и состоит предмет основных наших противоречий. В 2001 г. в Норвегии был принят «Закон об охране окружающей среды на Свальбарде», предусматривающий введение природоохранных зон в районах традиционной российской угледобычи. Россия в настоящее время по дипломатическим каналам предпринимает попытки противодействовать его ограничительным санкциям. Однако пока это результатов, увы, не приносит, и в настоящее время ежегодно на Шпицбергене регистрируется около 100-150 совершаемых россиянами «экологических правонарушений», что приносит в норвежскую казну значительные денежные поступления в виде штрафов. Так что работы шпицбергенским полицейским по данной линии хоть отбавляй! Зато с отчетностью теперь все в порядке.

Еще одним чувствительным моментом явилось введение Норвегией морской экономической зоны вокруг островов – полиция стала «гонять» российские рыболовецкие траулеры. Наши, конечно же, с такой постановкой вопроса не согласны, апеллируя все к тому же Парижскому договору 1920 г. о свободном доступе ко всем шпицбергенским ресурсам, включая рыбу.

 Впрочем, вернемся к нашему основному рассказу.  Что же еще входит в круг задач шпицбергенской полиции? Она может заводить и расследовать любые уголовные дела, следить за соблюдением порядка, правильным отстрелом оленей и выловом рыбы, принимать к первичному рассмотрению иммиграционные прошения. Их бум, сегодня миновал. Да и суровые условия северного края, явно не рассчитанного на ПМЖ, быстро действуют отрезвляюще. К тому же  никакого «социаля», вожделенной мечты смуглых мигрантов, здесь им никто не даст. В лучшем случае, купят за государственный счет билет на родину.

Еще одним аспектом работы шпицбергенских полицейских является ведение контрразведывательных функций по отношению к иностранцам и контроль за деятельностью иностранных государств на архипелаге. Так что, хотя прежняя холодная война давно закончилась, а новая формально не объявлена, но в краю холода, на северном фланге НАТО, бдительные потомки викингов всегда начеку!

Свальбардская полиция также возглавляет все спасательные операции, проводящиеся на архипелаге. Ежегодно здесь осуществляется 20-30 подобных мероприятий, которые зачастую происходят в экстремальных климатических условиях. А для осуществления спасательных операций в условиях полярной ночи, снежных буранов, жесточайших ветров и холода нужно обладать не только соответствующей подготовкой и сноровкой, быть здоровым и мужественным человеком, но и, наверное, действительно сильно любить эту суровую, но по-своему красивую, Землю холодных берегов и острых гор.

© Михаил ВАСЬКОВ, полковник внутренней службы в отставке

фото представлено автором статьи

Лонгьирбюэн – Мурманск - Москва