Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

...

Яндекс.Метрика

...

Рейтинг@Mail.ru

Вернуться обратно...

Далее выдержки из писем:

12.12.83

…Я перерыл все свои архивы и нашел только дну статью – «Без скидок».

29.3.84

…Вот Вы пишите: «Сейчас положение с нашим десантом начинает приходить в норму»

Я не знаю, что скрывается за этими словами, но я знаю, что историей Южно-Озерейского десанта много занимался и занимается  сейчас R-n В.М.Скаченко. он старается восстановить  всю правду о нашем десанте, вскрыть причины его неудачи. Он писал в МинОбороны, в военно-историческиq музей и в др. органы. У него ряд трудностей, потому что многие высокопоставленные лица или их наследники, сохранившие связи, не заинтересованы в установлении правды о десанте.

У него собраны воспоминания участников десанта.  Я их читал, много интересного. В 1980 г. в Новороссийске мы собрались вместе  (5-6 человек), многое уточняли, дополняли, чтобы дать полную картину. К сожалению, в воспоминаниях мы не были едины. Очевидно, так и должно быть. Я оставался до самого конца на берегу, а большая часть десанта от Ю.Озерейки ушла дальше – на Сев.Озерейку, Глебовку, Абрау-Дюрсо –а потом на Станичку.

На встрече, к сожалению, не был Нек-в из Одессы. Он потом прислал мне несколько писем, где есть интересные данные, подтверждающие мою правоту. Я очень хотел бы с ним встретиться, но не успел – он умер.

Многое рассказал А.И.Кратов. Мы с ним, оказывается, были рядом на болиндере. Наверное, толкались локтями. Я даже помню, как он свалился в трюм, когда по башне моего танка ударил снаряд и осколком брони О.И.Кузьмина ранило в голову. Значит и он стоял где-то рядом с моей машиной.

У нас была с А.Ив. регулярная переписка, но сейчас он что-то замолчал.

Боюсь, что истина будет восстановлена, когда никого не останется от непосредственных участников десанта.

Вы просите подробно описать…

А вот на некоторые вопросы постараюсь ответить.

Спасибо за фотографию. Правда, несколько раньше три фотографии, в том числе и такую, прислал мне  В.М.Скаченко. Они из немецкого журнала «Wermacht».

На снимке американский легкий танк МЛ-2 (в отличие от МС-3 – средний танк, они остались в 564-м ОДБ, мощность двигателя «Райт-Континенталь» - 250 лош.сил, вес – что-то 7 тонн (подзабыл). По хорошей дороге мы могли давать скорость до 70 км/ч и больше. Броня – 14 см бортовая и 40 мм – лобовая. Вооружение – одна пушка47 мм, пулеметы:  в пуансонах – по крыльям танка – 2, спуски у меня на рычагах управления; у радиста;  в башне у командира машины спаренный с пушкой и наверху зенитный пулемет (на снимке видна коробка для лент). Итого – дна пушка и 5 пулеметов – это огневая мощь чуть ли не роты! Нехлюдов писал, что в бою под Сев.Озерейкой, который шел несколько часов, наши танки им очень помогли.

Слабое место этих машин – тонкая броня и плохая проходимость (узкие, прорезиненные траки). Не было аварийного люка. Если танк загорится – выбраться почти невозможно – настолько узки и неудобны люки, особенно передние. А у радиста переднего люка вообще не было. Забирался он в танк или сверху или через мой люк. Внутри накрашено белой эмалью: «Зубоврачебный кабинет». С иронией называли мы этот танк. И мечтали о «тридцатьчетверке».

Получали мы эти машины не ст.Баладжары (ст. Баку), шли они к нам из Ирана.

На снимке не моя машина. Но я ее очень хорошо помню именно к ней вылез из моря, перекатился через спираль Бруно, в которой запутался и вышел на берег. Было еще темно. Проклятый прожектор освещал берег. Наш лейтенант (фамилию не помню) вскочил на танк и начал бить трассирующими по прожектору. А внизу стояла медсестра (по-моему, Шура Медведь) и кричала: « Мишка, Мишка, слезай, они убьют тебя!»

Вот это в памяти очень ярко.

А моя машина на заднем плане, левая, залитая водой чуть не по башню тут весь наш 3-й взвод 3-й роты – последние машины, … сходили на берег, когда буксир уже ушел.

Болиндер стал легче по мере того, как сходили 1-й и 2-й взводы и болиндер развернуло лагом к берегу и мы «прыгали» в воду уже без всяких сходней. Я чуть не задохнулся на своем месте механика-водителя и мне кажется я на снимке вижу люк, из которого друзья вытаскивали меня за руки. Впереди встала машина механика-водителя Вити Туркина, а кто перед ней – забыл.

Сзади танков видны болиндеры. Наш болиндер № 6.

Наш экипаж: ком.машины – мл.лейтенат Петя Рудинский (из Чкалова), башнер – Николай Федюк (с Украины), радист – пулеметчик Шурка Белокобыльский (из Баку).

Помню командира роты – Ваню Шаповалова (всегда приветствовал нас : «А ну, суворовцы!»), компотех – Андреев.

В Баку, в госпитале 1558, пришел ко мне лейтенант  Серов. Он мне тогда многое порассказал что с кем случилось в десанте, но я тогда после реампутации, находился меду жизнью и смертью и многое  в памяти стерлось. А когда поправился – Серова в госпитале уже не было. С Андреевым мы лежали в одной палате в немецком ревире в концлагере в Крымской. Его задела пулеметная очередь. Рядом с ним наш компострой, фамилию не помню.

Шаповалова видел последний раз 6-го февраля. Он и механик-водитель Синицын, с которым мы шли с Горького, с 16-го  УТП, до конца прикрывали наш отход. Выстрелы танковой пушки я слышал, когда был в балке, до самой темноты. А ночью мы ушли на Абрау-Дюрсо.

***

Фотографий, кроме  госпитальных у меня нет. Да мы и не фотографировались. А потом – бросали из батальона в батальон я, примерно за 2 месяца, побывал в 191 Г.бр., 564 ОТБ, потом опять 191 бр., и, наконец, 563 ОТБ – почти сплошь их комсомольцев и коммунистов (я был комсоргом роты).

Вот я и ответил почти на все Ваши вопросы. Если Вы думаете написать брошюру, то надо собрать материалов больше и затем это обобщить, чтобы была историческая достоверность. А для этого нужно изучать документы, потому что воспоминания дают слишком мало. Они всегда слишком субъективны и ограничены – из солдатского окопа видно мало.

Не знаю как будет с выпуском брошюры. Ведь сейчас интерес к Малой Земле совсем не тот, что раньше, но если Вы хотите попробовать – что ж, посильную помощь я Вам окажу.

Пишите, с уважением, В.Шувалов.

Читать далее...